Джими Хендрикс: Hear My Train A Comin'

| Нет комментариев

Перевод статьи о записи Хендриксом блюза Hear My Train A Comin'. Опубликовано в журнале New Musical Express 8 сентября 1973 года, переведено 3 декабря 1998 года. В переводе могут быть ошибки, но отредактировать его не получилось, поскольку оригинал утерян.

Hear My Train A Comin'

New Musical Express, 8 сентября 1973

Акустическая версия блюза Hear My Train A Comin' является одной из самых знаменитых записей Хендрикса. Изначально она делалась для короткометражного фильма Experience и лишь позднее была выпущена на сингле. Автор фильма Остин Джон Маршал вспоминает морозный январский день 1968 года, когда была сделана эта запись.

Качество звука... одной из основных причин того, что мы решили снять Хендрикса с акустической гитарой в руках, были чисто технические проблемы. У нас просто не получалось записать его "громкий" электрический концерт, и мы решили попробовать другую крайность.

В принципе, до нас никто еще не пытался заснять по-настоящему громкий рок-концерт. Испуганному оператору, скрючившемуся в оркестровой яме оперного театра в Блэкпуле наверное казалось, что он попал под артобстрел. Тогда просто не было техники (во всяком случае, среди той, что была доступна нам по цене), которая позволяла бы с приличным качеством записать музыку, звучавшую настолько громко.

Поэтому нам казалось, что наличие простого тихого эпизода может сильно сыграть в пользу фильма, выгодно оттенив все ужасные искаженные концертные записи. Да и к тому же я всегда подозревал, что в глубине души Джими оставался верным приверженцем традиционного блюза.

Мне действительно хотелось на какое-то время очистить Джими — этот парадоксальный сгусток кротости, гения и чудачества — от шелухи неоновых огней, стен усилителей и гитарных эффектов и поместить его в простую обстановку, на фоне белого бумажного занавеса, чтобы услышать, как он играет простой блюз.

Акустическому номеру предшествовала сцена с шутливым интервью, идея которого принадлежала группе. Фильм был о Джими, но мы хотели каким-то образом задействовать Митча и Ноэла. Они должны были сыграть роль назойливых журналистов и задавать самые дурацкие вопросы из числа тех, на которые им когда-либо приходилось отвечать. А Джими, который всегда был слишком вежлив, чтобы ставить на место репортеров, мог посылать их, никого при этом не оскорбляя.

Таким образом, прилично загрузившись виски с колой и наивностью, Ноэл, Митч и Джими разыграли довольно правдоподобную сцену интервью, в ходе которой Джими старательно затягивался сигаретой, делая вид, что это «косяк».

Все это настолько отличалось от старательно создававшегося имиджмейкерской махиной образа секс-символа, черного «Мистера Кислоты», что мы, наверное, не удивились бы, если бы вдруг в какой-то момент кто-нибудь положил бы нам на плечо свою тяжелую руку и сказал: «Стоп! Никогда и ни за что наша Звезда Тяжелого Рока не будет играть этот ваш дурацкий акустический блюз!»

В общем, после того, как Митч и Ноэл «отстали» от Джими, а в нашей камере было около пяти минут стоящего материала, мы как бы случайно выудили эту гитару... и, о боже, какое совпадение: это оказалась 12-струнка настроенная под левую руку... (Питер Нил немало поругался тем утром, перетягивая струны на взятой напрокат гитаре). Джими взял ее так, как будто она могла его укусить: «Черт, 12-струнка, что мне с ней делать?»

«Знаешь... мы тут подумали... может быть, просто для контраста с основной частью фильма... ты не мог бы сыграть какой-нибудь медленный тихий блюз... пожалуйста?»

С отрешенным видом отца семейства, обнаружившего на чердаке свою старую игрушечную железную дорогу, Джими вскарабкался на высокий табурет и склонился над огромным «барабаном». Выудив из кармана черепаховый медиатор, он начал медленно перебирать струны.

У нас оставалось совсем мало пленки, но мы рискнули и включили камеру.

Джими начал играть вступление, затем остановился, взглянул в камеру и сказал: «Нет, я лучше начну с самого начала еще раз. Вы не могли бы выключить камеру, я ее до смерти боюсь».

«Да, конечно», — ответил Питер Нил. Но мы все знали, что в камере не хватит пленки, чтобы отснять все до конца.

Когда Джими закончил, он хихикнул и сказал: «Бьюсь об заклад, вы не ожидали, что у меня получится...».

В этот жутко холодный день Джими был одет в очень тонкий «леопардовый» пиджак, и пока грузили оборудование, я смотрел, как он шел в сторону ярко освещенной площади. Казалось, он совсем не обращал внимания на мороз.

И пусть я рискую показаться предсказателем уже свершившихся событий, но я все-таки должен сказать, что когда я смотрел на него, меня не покидало чувство, что он недолго будет с нами.

Перевел с английского Антон Пищур, 03.12.1998

Комментировать


Введите изображённые на картинке символы.